Альмир Абрегов: «Я думаю о стране Черкесия»
150 лет назад она была четко обозначена на всех картах мира. Более того, она фигурировала во многих документах, в том числе дипломатических, а также в европейской периодике. Вопросы Черкесии обсуждались государственными и общественными деятелями разных стран, в том числе в парламентах. Черкесия и черкесы стали своего рода олицетворением борьбы за независимость и свободу. В стране появились волонтеры, принимавшие участие в войне на стороне черкесов. Ее главными рубежами, согласно всем зарубежным и русским источникам, были: на северо-западе — устье реки Кубань, а на юго-востоке — река Бзыбь или Гагра. Сомневающиеся могут проверить эти картографические данные и убедиться, что это в полной мере соответствовало действительности.
Но в XIX веке название «Черкесия» стало лишь изредка упоминаться в российских источниках: реляциях, сообщениях и на российских картах, а затем и вовсе исчезло. Вместо него появилось безликое, аморфное и не отвечающее историческим реалиям того времени географическое название — «Западный Кавказ».
Примечательно и то, что если российские военные награды после окончания войны на Северо-Восточном Кавказе в 1859 году обозначались как «За покорение Чечни и Дагестана», то аналогичные медали и ордена, которыми награждались солдаты и офицеры после 21 мая 1864 года, носили абсурдное, нелепое и ни к чему не обязывающее название — «За покорение Западного Кавказа».
Я думаю, что необходимо провести специальное исследование этого феномена, поскольку с устранением названия «Черкесия» стала исчезать военная история целого народа — адыгов (черкесов) и их страны. В данном формате невозможно детально указать на все причины и следствия этого явления, но ясно одно: здесь не обошлось без участия российской дипломатии и генералитета. Они были мобилизованы на идеологическое обоснование миссии российской армии как «культуртрегерской», якобы приобщавшей к цивилизации «дикие племена» Западного Кавказа. Кроме того, преследовалась и другая цель — сбить волну восхищения и моральной поддержки, которая преобладала в общественном сознании Европы.
И, наконец, устранение названия «Черкесия» — страны, ставшей предметом борьбы великих держав, — и замена его на «Западный Кавказ» должны были спутать карты всем участникам международных отношений, чтобы убедить их в отсутствии самого предмета этого спора.